Луговской Владимир Александрович родился 18 июня 1901 году в Москве. Русский поэт появился на Свет в семье учителя. Окончил Военно-педагогический институт в 1921 году. До 1924 года служил в Красной Армии…

В этом же году начал печататься. Первые книги стихов – «Сполохи» и «Мускул».

Лучшие произведения Владимира Луговского двадцатых годов проникнуты романтикой Гражданской войны, искренним революционным пафосом. Состоял в Литературном центре конструктивистов. Книга «Страдания моих друзей», вышедшая в 1930 году, знаменовала разрыв с конструктивизмом, стремление творчески осмыслить новые явления действительности.

 

В последние годы жизни поэт пережил новый творческий подъём: книги «Солнцеворот», «Синяя весна», написанные в пятидесятые годы XX века, отмечены высокой зрелостью лирико-философского осмысления жизни.

Высшее достижение творчества Владимира Луговского – «Середина века», опубликованная в 1958 году, книга поэм философской направленности, которую сам поэт называл «автобиографией века».

Отличительные черты поэтического стиля Владимира Александровича – напряжённый лиризм, эмоциональность образного мышления.

 

 

             Весна

               Гуси

 

Над необъятной Русью

С озёрами на дне

Загоготали гуси

В зелёной вышине.

 

Заря огнём холодным

Позолотила их,

Летят они свободно,

Как старый русский стих.

 

До осени Заонежья

Река небес тиха.

Так трепетно и нежно

Внизу цветёт ольха.

 

Вожак разносит крылья,

Спешит на брачный пир.

То сказкою, то былью

Становится весь мир.

 

Под крыльями тугими

Земля ясным-ясна,

Мильоны лет за ними

Стремилась к ним весна.

 

Иных из них рассеют

Разлука, смерть, беда,

Но путь весны – на север!

На север, как всегда.

 

 

     Середина лета

 

Вот сквозь сон дощатая ограда.

Сон, помедли! Время, не беги!

Шорох потревоженного сада,

Быстрые и лёгкие шаги.

 

Положивши ветер в изголовье,

Ясный месяц, вскинув над рекой,

В полночь голубое Подмосковье

Хочет всюду, навести покой.

 

Сразу телевизоры замолкли.

Время в огородах лечь росе.

Лишь, наставив светлые бинокли,

Мчат автомобили по шоссе.

 

Только ты, пожалуйста, не сетуй,

Что пришла к моим дорожкам сна.

Слышишь – плещет медленная Сетунь.

Квакают лягушки. Тишина…

 

Вышина – вот самое большое,

Что в ту ночь я быстро увидал.

Так прими же детскою душою

Электричку, маленький вокзал,

 

Палисадников дурман прохладный,

Тени всех размеров и мастей.

Если всё так тихо и так ладно,

Значит, жди сейчас ночных вестей.

 

Будет весть о том, что в мир зелёных

Дышащих полей, садов, лесов

Входит лето на заречных склонах

Нынче в ночь мильоном голосов.

 

Будет весть, что соловьи смокают,

Весть, что скоро липы отцветут.

Вдруг ты, торопливая такая,

Замерла на несколько минут.

 

Ухом осторожно, словно кошка,

Повела на ветер ручьевой.

Бабочки душистого горошка

Пляшут над кудрявой головой.

Слушай маленькие тайны лета

Посреди родительской земли.

В эту ночь до самого рассвета

Мы как бы по вызову пришли.

 

Вот мы двое посредине лета.

И от света даль напряжена.

И над нашей старою планетой

Встала золотая тишина.

 

 

       Звёзды осени

 

Тишь стареющей природы.

Звёзды осени горят.

Лает пёс плохой породы,

Непокорный пёс Пират.

 

Водит он хвостом, как кистью,

Цепью звякает глухой.

Облетают с яблонь листья,

Сухо шепчутся с травой.

 

Сколько нежности и грусти

В том, что чуть бездомен сам,

В стылых лужах, в ломком хрусте,

В заморозках по ночам.

 

Ходишь, ходишь, как влюблённый,

Слышишь детский свист вдали.

Тонкий холодок каленый

Вырастает из земли.

 

Что ж в такую осень ищешь?

Молодость – она ушла,

Золотое пепелище

Буйных листьев разнесла.

 

Счастья миг? Забытый голос?

Дружбы поднятый стакан?

Жжёт ли сердце тайный холод

Иль одна из старых ран?

 

Или та, что брови прячет

В тёмно-бурый лисий жар,

И от губ её горячих

Облачком клубится пар?

 

Может быть, её и надо…

Только с нею мне нужны

Лист бродячий, жёсткость сада,

Одинокий стон сосны,

Всё огромное, живое,

Что зимой должно заснуть,

Что мне песней ветровою

Обещает вечный путь.

 

 

      Свет на землю

 

Как морозит! Как морозит!

Вечер, лампы, хруст шагов.

Фонарей далёких россыпь

У гранитных берегов.

 

Что теперь со всеми нами

Сделала, смеясь, зима!

Как бегут, звеня коньками,

Девушки, сводя с ума!

 

Сто машин огни швыряют

На тугой румянец щёк.

Лёгким инеем играет

Над губой твоей пушок.

 

В праздничном, горящем небе

Слышен дальний звон планет.

Может быть, случилась небыль –

Смерть устала, горя нет?

 

Горя много, смерть не дремлет,

Но, слетевши в ночь зимы,

Радость на седую землю

Жадно вырвалась из тьмы.