Бунин Иван Алексеевич родился в Воронеже 10 октября 1870 года. Русский писатель разностороннего дарования, широкого диапазона в писательской деятельности, в печати выступил в 1887 году, а в 1891 году в Орле вышел сборник «Стихотворения».

Сборники «Под открытым небом» и получивший Пушкинскую премию «Листопад» — пример совершенствования стиха в его «старых» классических формах, продолжающих традиции А.А. Фета, Я.П. Полонского, А.К. Толстого.

Поэзия Ивана Бунина – песнь о родине, её «бедных селеньях» и необъятных лесах…

 

Иван Алексеевич отрицательно отнёсся к Октябрьской революции 1917 года. И в 1920 году он уезжает из России навсегда во Францию, живёт в Париже…

За написанные в эмиграции произведения: «Косцы», «Лапти», «Далёкое», «Митина любовь»; новеллы «Тёмные аллеи»; роман «Жизнь Арсеньева», Иван Бунин в 1933 году получает Нобелевскую премию…

Иван Бунин написал о Льве Толстом и об Антоне Чехове, с которыми был близко знаком и книгу «Воспоминания». Эта книги издаётся в Париже в 1950 году, а первая книга о русских писателях: о Толстом и о Чехове — в Нью-Йорке в 1955 году.

 

                            ***

Ещё и холоден и сыр

Февральский воздух, но над садом

Уж смотрит небо ясным взглядом,

И молодеет божий мир.

 

Прозрачно-бдедный, как весной,

Слезится снег недавней стужи,

А с неба на кусты и лужи

Ложится отблеск голубой.

 

Не налюбуюсь, как сквозят

Деревья в лоне небосклона,

И сладко слушать у балкона,

Как снегири в кустах звенят.

 

Нет, не пейзаж влечёт меня

Не краски жадный взор подметил,

А то, что в этих красках светит:

Любовь и радость бытия.

 

 

 

                        ***

Раскрылось небо голубое

Меж облаков в апрельский день.

В лесу всё серое, сухое,

И паутиной пала тень.

 

Змея, шурша листвой дубовой,

Зашевелилася в дупле

И в лес пошла, блестя лиловой,

Пятнистой кожей по земле.

 

Сухие листья, запах пряный,

Атласный блеск березняка…

О миг счастливый, миг обманный

Стократ блаженная тоска.

 

 

 

           Северная берёза

 

Над озером, над заводью лесной –

Нарядная зелёная берёза…

«О, девушки! Как холодно весной:

Я вся дрожу от ветра и  мороза!»

 

То дождь, то град, то снег, как белый пух,

То солнце, блеск, лазурь и водопады…

«О, девушки! Как весел лес и луг!

Как радостны весенние наряды!»

Опять, опять нахмурилось, — опять

Мелькает снег и бор гудит сурово…

«Я вся дрожу. Но только б не измять

Зелёных лент! Ведь солнце будет снова».

 

 

 

              Рассвет

 

Высоко поднялся и белеет

Полумесяц в бледных небесах.

Сумрак ночи прячется в лесах.

Из долин зелёных утром веет.

 

Веет юной радостью с полей.

Льётся, как серебряное пенье,

Звон костёла, славя воскресенье…

Разгорайся, новый день, светлей!

 

Выйди в небо, солнце, без ненастья,

Возродися в блеске и тепле,

Возвести опять по всей земле,

Что вся жизнь – день радости  и счастья!

 

 

 

                        Детство

 

Чем жарче день, тем сладостней в бору

Дышать сухим смолистым ароматом,

И весело мне было поутру

Бродить по этим солнечным палатам!

 

Повсюду блеск, повсюду яркий свет,

Песок – как шёлк… Прильну к сосне корявой

И чувствую: мне только десять лет,

А ствол – гигант, тяжёлый, величавый.

 

Кора груба, морщиниста, красна,

Но так тепла, так солнцем вся прогрета!

И кажется, что пахнет не сосна,

А зной и сухость солнечного света.

                 

 

 

                       Донник

 

Брат, в запыленных сапогах,

Швырнул ко мне на подоконник

Цветок, растущий на парах,

Цветок засухи – жёлтый донник.

Я встал от книг и в степь пошёл…

Ну да, всё поле – золотое,

И отовсюду точки пчёл

Плывут в сухом вечернем зное.

 

Толчётся сеткой мошкара,

Шафранный свет над полем реет –

И, значит, значит завтра вновь жара

И вновь сухмень. А хлеб уж зреет.

 

Да, зреет и грозит нуждой,

Быть может, голодом… И всё же

Мне этот донник золотой

На миг всего, всего дороже!

 

 

 

                  Мороз

 

Так ярко звёзд горит узор,

Так ясно Млечный Путь струится,

Что занесённый снегом двор

Весь и блестит и фосфорится.

 

Свет серебристо-голубой,

Свет от созвездий Ориона,

Как в сказке, льётся над тобой

На снег морозный с небосклона.

 

И фосфором дымится снег,

И видно, как мерцает нежно

Твой ледяной душистый мех,

На плечи кинутый небрежно,

 

Как серьги длинные блестят,

И потемневшие зеницы

С восторгом жадности глядят

Сквозь серебристые ресницы.

 

 

 

                     ***

 

Помню – долгий зимний вечер,

Полумрак и тишина;

Тускло льётся свет лампады,

Буря плачет у окна.

 

«Дорогой мой, — шепчет мама, -

Если хочешь задремать,

Чтобы бодрым и весёлым

Завтра утром быть опять, -

Позабудь, что воет вьюга,

Позабудь, что ты со мной,

Вспомни тихий шёпот леса

И полдневный летний зной;

 

Вспомни, как шумят берёзы,

А за лесом, у межи,

Ходят медленно и плавно

Золотые волны ржи!»

 

И знакомому совету

Я доверчиво внимал

И, обвеянный мечтами,

Забываться начинал.

 

Вместе с тихим сном сливалось

Убаюкиванье грёз –

Шёпотом зреющих колосьев

И невнятный шум берёз…

 

 

 

                   ***

Зелёный цвет морской воды

Сквозит в стеклянном небосклоне,

Алмаз предутренней звезды

Блестит в его прозрачном лоне.

 

И, как ребёнок после сна,

Дрожит звезда в огне денницы,

А ветер дует ей в ресницы,

Чтоб не закрыла их она.